| Здесь можно найти нужные ноты | Здесь можно найти необходимые книги по истории музыки и искусству |
всего 20 голосов |
всего 19 голосов |
Клод Дебюсси. Биография
Ваша корзина пуста
сетевой дневник Владимира Марочкина
Среди наших музыкантов давно уже живет легенда о том, что в конце 70-х годов в Москву с гастролями приезжал знаменитый чернокожий джазовый пианист Оскар Питерсон. Эта история похожа на миф, потому что концертов легендарного джазмена так и не случилось. А произошло вот что…
Питерсона поселили в номере «люкс» гостинцы «Россия». До концерта, который должен был состояться, как рассказывают, в концертном зале имени Чайковского, оставалось еще два дня, и музыкант просто гулял по летней Москве, любуясь нашей столицей. Но в те же дни в Москву на свой съезд собрались какие-то важные делегаты, то ли от профсоюзов, то ли еще от какой-то общественной организации. Видимо, кому-то не хватило мест в гостинице, а так как, наверняка, из-за этого был и скандал, и нажим сверху, то администрация «России» решила кого-то выселить. Выбор пал на… Оскара Питерсона, которому предложили освободить «люкс» и переехать в номер поплоше.
Растерявшийся музыкант, с которым ни в одной столице мира не позволяли так обращаться, бросился в посольство за помощью. Но то ли был тогда выходной, то ли еще что-то произошло, только ни посла, ни атташе по культуре на месте не оказалось. Сотрудники посольства уговаривали Питерсона денек подождать и потерпеть и обещали завтра сделать все возможное и невозможное, что вернуть известному музыканту украденный статус. Но Питерсон ждать не стал. Он купил билет на самолет и в тот же день улетел к себе домой, в Монреаль.
Но так как до вылета самолета оставалось еще много времени, он – обиженный - отправился бродить по Москве. На Калининском проспекте он заглянул в кафе «Метелица» и попросил разрешения поиграть на пустовавшем в тот момент рояле. Получив разрешение, Оскар Питерсон несколько часов сам для себя играл свои любимые джазовые пьесы.
Говорят, что какой-то официант узнал в чернокожем пианисте знаменитого джазмена, вышел на порог кафе и стал созывать людей «на Питерсона». С каждого входящего он взимал не то «рупь», не то «трюндель». Так Оскар Питерсон все-таки дал концерт в Москве. И находятся люди, которые утверждают, что они были на том сейшне. Ну, может, и не они сами, а их друзья. Или знакомые друзей.
В книге Оскара Питерсона об этом случае ни слова не сказано. Возможно, все это – только выдумка. Возможно, Питерсон с присущей ему жизнерадостностью постарался забыть о том, как с ним обошлись в Москве. Но если эта легенда до сих пор (!) жива, значит, те, кто ее рассказывает, абсолютно уверены, что такое вполне могло произойти. И когда я читал эту автобиографию, меня изглодало чувство стыда за иных наших людей, которые всегда были рады выбить себе право оставаться невежами. Особенно больно вспоминать ту историю сейчас, потому что наша страна всегда считала себя самой начитанной, самой образованной, самой продвинутой, но при первой же возможности, которая появилась после победы великой капиталистической революции в августе 1991 года, многие наши люди с радостью разрешили себе опопсеть. А вот Оскар Питерсон не имел возможности позволить себе быть неучем. Живя в расистское время, он мог превзойти оскалившуюся реальность, лишь став очень образованным человеком. И он совершенствовал себя всю жизнь.
А книжка вышла у Оскара Питерсона очень добрая, веселая и романтичная. Хотя жизнь этого музыканта напоминала полосу препятствий, которые приходилось преодолевать с боем. В эпилоге Питерсон замечает, что «для многих музыкантов и артистов самое трудное в творчестве – управлять своими личными чувствами, а порой даже подавлять их».
Сам Питерсон, видимо, легко справляется со своими повседневными настроениями, чтобы потом они фонтаном эмоций выплеснулись в его гениальной игре на рояле.
Книга «Джазовая Одиссея» — очень добрая повесть об уникальном и достаточно легком пути к славе выдающегося пианиста Оскара Питерсона. Ему во многом повезло. Прежде всего, на его пути оказались хорошие педагоги, затем его заметил выдающийся продюсер Норман Грэнц, который «вывел» молодого канадского пианиста на американскую джазовую сцену, включил в свои драматургически насыщенные программы «Джаз на филармонической сцене» и организовал ему на собственном лейбле бесчисленные записи с прекрасными партнерами.
Я был юнцом, мучительно искавшим себя в музыке, поэтому с радостью открыл для себя Тедди Уилсона, словно увидел свет маяка среди шторма. Мастерство этого человека было невероятным. Он обращался с инструментом так, словно воплощал в жизнь все сказанное мне некогда профессором Лу Гупером. Тедди обладал таким колоссальным талантом, что даже когда он исполнял неизвестные мне мелодии и импровизировал, у меня появлялось чувство, что я их прекрасно знаю.
Когда он играл, я ощущал, как его любовь к инструменту пронизывает каждую фразу и пассаж, как его безупречная техника придает кристально чистый звук всему, что он играет. Он умел так лихо свинговать, что эта пульсация почти полностью захватывала слушателя. А в других случаях он мог с такой нежностью исполнить тему, что каждая нота в ней становилась похожа на капельку дождя.
Вот оно! Это было именно то, что нужно – такая манера и такое направление помогут мне продолжить собственный путь в мире джаза. Тедди был удивительно талантливым пианистом; я стал горячим его поклонником и всегда с нетерпением ждал тех ночей, когда мог уединиться в гостиной – правда, они были редки и пролетали быстро. Теперь у меня прибавилось сил и решимости для собственных занятий музыкой, и многие часы я работал над тем, чтобы добиться той легкости и непринужденности, что были частью естества Тедди. Я хотел, чтобы у меня тоже так получалось. <...>
Пианист, руководитель трио. Наряду с Артом Тэйтумом считается уникальным виртуозом, обладателем феноменальной техники (его называют "джазовым Листом"), стремившимся сблизить джаз и академическую музыку. В действительности его мастерство привлекло к джазу многих серьезных меломанов, а его джазовые этюды (Jazz Exercices) стали во всем мире частью начального музыкального образования.
В основе творчества Питерсона элементы свинга и бибопа, а репертуар составляли, как правило, известные мелодии (пианист записал несколько альбомов с песнями популярных американских композиторов Гершвина, Портера, Керна, Арлена, Уоррена и других), что, по мнению критика Джеймса Коллиера, помогало "сделать джаз более доступным".
Стоимость доставки Заказать книгу обычным письмом
Вместе с этой книгой обычно покупают:Книга уникальна любовным отношением к джазу, полнотой собранного материала и методической тщательностью Она найдет отклик у людей, интересующихся джазовой музыкой и историей культуры в целом.
Издательство Аграф, Москва, 2004, ISBN: 5-7784-0291-0, формат: 84*108/32 130х200 мм., Твёрдая обложка, 512 стр., тираж: 1500 экз.
История джаза, рассказанная людьми, которые ее создавали.
Издательство Скифия, Санкт-Петербург, ISBN: 5-94087-307-3, формат: 60*90/16 145х215 мм., Мягкий переплёт, 368 стр., тираж: 2000 экз.

Слушать музыку:"Black Coffee" — первый сольный альбом Пегги Ли, выпущенный в сотрудничестве со звукозаписывающей компанией Decca Records и в нем отчетливо слышится скорее эстрадно-блюзовый, чем джазовый звук, однако именно он сделал Пегги Ли — звездой.
Не каждая женщина мечтает быть Томом Уэйтсом, но нескольким довелось. Тори Эймос, Скарлетт Йохансон, Джейн Биркин, Настасья Кински и еще около 90 исполнительниц отважились сделать кавер-версии на известные и не очень композиции бомжа американской индустрии развлечений, циника-оптимиста, который просил, чтобы на его могиле написали «Говорил же вам: я болен».
Это интересно:Когда семилетний Бадди отбивал чечетку в водевилях, его звали Бэби Трэпс. Впервые я увидел его в качестве танцора-чечеточника и конферансье в каком-то шоу на дневном экскурсионном пароходе. При следующей встрече он уже играл на ударных в секстете Джо Марсалы в нью-йоркском клубе Hickory Hous.
Из всех выдающихся популярных танцевальных оркестров был один, который до сих пор вызывает в памяти самые романтические воспоминания об этой канувшей в вечность эпохе и музыку которого люди больше всего хотят слышать снова и снова.